Увы, осенью не только природа медленно впадает в спячку, теряет краски, но и наши наряды как-то мрачнеют, тускнеют. Московские улицы заполняют люди в бесформенных серых, черных, коричневых плащах и куртках. А ведь для моды — нет плохой погоды. Как даже при скромном бюджете выглядеть стильно, «РД» расспросил знаменитого модельера Викторию АНДРЕЯНОВУ.


«Мы все зомбированы рекламой»


— Виктория, наверное, вопрос «Как одеваться?» — острее всего стоит для молодежи. Что сегодня творится в модной индустрии?

— Во всем мире есть просто мода и есть молодежная мода. Но последние годы идет размывание границ: во всех и во все проникает молодежность. Кроссовки, джинсы, фенечки, банданы выносятся массовой культурой на гребень моды вообще. Само понятие модности помолодело: модно быть молодым, модно быть здоровым и красивым. Моду нельзя рассматривать без контекста индустрии косметологии и разных хирургических манипуляций, которые сейчас предлагают клиники всего мира…

— Как вы относитесь к эпатирующей молодежи, для которой главный принцип в одежде — привлечь внимание?

— Я думаю, это свойственно молодости, то есть это нормально, когда парень или девушка хотят чем-то выделиться. Пирсинг, татуировка, серьга… Главное — этим переболеть, прийти к более зрелому вкусу.

— А можете вспомнить какие-то самые яркие «экземпляры», которые доводилось встретить?

— Если не брать экстремалов, панков, например, мне очень нравится, как одевается моя племянница — дочка Кати Стриженовой. Когда ей было 13 лет, она уже была на две головы выше меня, но при этом она совершенно была свободна в одежде. Могла на какую-нибудь рубашку натянуть облегающий топ — рубашка торчала со всех сторон, а вместе с тем выглядело все очень здорово. Мне интересно, как свободно она умеет комбинировать цвета. Из любимых сочетаний — оранжевый с голубым — жизнеутверждающие и совершенно соответствуют ее характеру. Она носит какие-то немыслимые кепки, шлемы, ушанки… Получается очень гармонично. Уметь интересно одеваться — это талант, такой же, как уметь красиво петь, уметь поддерживать беседу. Если развивать в себе этот талант, можно многого достигнуть.

— Есть ли сегодня у нашей молодежи что-то специфически свое в одежде, чего нет в других странах?

— Символика. Государственная символика, которая опять становится модной: портреты Путина на майках, российский флаг, звезды… Правда, американский флаг давно уже включен в массовую культуру. Но вот майку с Бушем не представляю. Другое дело — с Путиным…

— Мода захватывает молодежь, как чума: появится какая-то новая вещь, и тут же все ей заболевают. То все повально носили лосины, потом — бриджи. Это чисто российская особенность?

— Такое происходит во всем мире. А, например, в Англии это еще заметнее, потому что там оборачиваемость модной индустрии быстрее. Если вы пойдете на какую-нибудь вечеринку, то сразу поймете, кто в модной тусовке: есть знаковые вещи, которые в какой-то момент принято обязательно иметь в гардеробе.

Как-то на показе Армани был очень характерный первый зрительский ряд: все до одной дамы — блондинки с выпрямленными волосами, все загорелые, все с голубыми линзами. И набор одежды был приблизительно одинаковый: шпилька с острым носом, чулки-сеточка, юбка из кружева на торчащем чехле и какой-то голый топ. Да, они были хороши собой, но просто — одна мама родила. Как будто их всех клонировали…

На модный продукт нацеливает политика модных журналов. Влияет и глобализация марок, то есть все марки принадлежат практически одним и тем же людям, и им выгоднее сразу во всех домах рекламировать один продукт, например черные сапоги-чулки, чем рекламировать в каждом Доме моды уникальную вещь.

— То есть и юные, и зрелые, и знаменитые люди, и люди низкого достатка подвластны лихорадке моды? Получается, это не от недостатка вкуса, а от стремления подходить под какие-то стандарты?

— Bсе мы — жертвы рекламы. Люди настолько зомбированы рекламой и настолько управляемы в принципе, что бизнес делает с нами все, что захочет. И я тоже в сапогах-чулках ходила…


Джинсы с твидовым пиджаком? Здорово!